Джош Барнетт: «Федор Емельяненко — настоящий танк Т-72»
Blood&Sweat предлагает вашему вниманию эксклюзивное интервью с
ветераном ММА и экс-чемпионом UFC Джошем Барнеттом (32-6), которому 31
августа предстоит поединок с Фрэнком Миром (16-7).
— Как дела? Как самочувствие? 
— Все отлично. Я хорошо потренировался, и скоро мне предстоит поединок с Фрэнком Миром.
— Каково это — быть последним бойцом из Strikeforce, заключившим контракт с UFC?
— Конечно, мне не хотелось попадать в такое положение. Правда, бои —
это одно, а бизнес — это совсем другое. Именно второй аспект не
устраивал меня и мой менеджмент до последнего момента.
— Кому пришлось пойти на компромисс, чтобы подписать контракт?
— Думаю, никому не пришлось делать уж очень больших уступок.
По-моему, мы заключили честную сделку. К сожалению, за пределами UFC нет
конкуренции, как нет и организаций, которые были бы столь же известны.
— По слухам, тебя не устраивала финансовая сторона.
— У каждого бойца свой контракт. Я уже долгое время вхожу в топ-10
бойцов, плюс, я многого достиг в ММА, поэтому я считал, что нахожусь в
более сильной позиции, чем многие другие. На данный момент меня все
устраивает.
— Изменилось ли что-то внутри UFC, пока ты выступал в других организациях?
— Однозначно, сейчас это самая большая организация в мире. Никто
больше не узнаваем настолько, и никто не имеет таких бойцов, как они. Я
не знаю, сколько я смогу еще выступать, но мне хочется на данный момент
быть в наилучшем месте, которым сейчас является UFC.
Конечно, с ростом у них и поменялось многое. В начале у них были
проблемы из-за личных решений, но в конце концов мир бизнеса достаточно
жесткий, и они сумели со всем справиться.
— Давай вернемся в то время, когда ты покинул UFC и перешел в
PRIDE. Если бы на тот момент UFC был на таком же уровне, как сейчас, то
какой выбор ты бы сделал?
— Сложный вопрос… Конечно, PRIDE был прекрасной организацией, но
UFC сейчас уже играет на мировой арене. Думаю, я бы выбрал последних.
Хотя, это гипотетический вопрос, и тут много условностей.
— Твоим следующим соперником должен стать Фрэнк Мир. Как, по-твоему, пройдет этот поединок?
— Мне бы хотелось выиграть в первом раунде, но Мир опасный соперник.
Он выигрывал у многих сильных парней. Он многое знает и очень опытен.
Нельзя забывать, что он заканчивал бои в первых раундах. Но как боец, я
настроен выигрывать в каждом поединке, и я знаю, что становлюсь лучше.
— Мир уже обещал оторвать тебе одну из конечностей.
— Он может попытаться, как и многие другие бойцы, с которыми я
встречался. Мне хочется, чтобы все мои соперники выходили на меня будучи
в наилучшей форме, так я буду чувствовать себя еще лучше, когда врежу
своему оппоненту по лицу и мою руку поднимут после окончания схватки.
— Будет ли что-то новое с твоей стороны?
— Трудно сказать, я многое умею, много отрабатываю нового. Все
зависит от моего соперника, от того, как он будет действовать. Но у меня
есть план, и я кое-что сумею показать в клетке.
— Делаешь ли ты акцент на ударную технику?
— Я тренирую все аспекты. Я считаю, главное для меня — войти в
отличную форму, так как, если я не устану в бою, то меня не победить.
— Какой у тебя любимый вид броска?
— Больше всего я люблю суплексы.
— Тогда, думаю, тебе бы понравились поединки нашего бойца Рустама Хабилова. Он часто делает суплекс в своих поединках.
— Да, он фантастический боец. Он проводит бои в высоком темпе. Он мне нравится.
— Кого ты считаешь самой красивой девушкой-бойцом UFC?
— (смеется) Думаю, это Миша Тэйт или Ронда Раузи.
— Многие бойцы продлевают свою карьеру, используя тестостероно-замещающую терапию. Что ты думаешь об этом?
— Мне кажется, если эта процедура безвредна и полезна, то всем должны
разрешить ее использовать, чтобы у всех был естественный и природный
уровень тестостерона, как доктора говорят об этой процедуре. Хочу
сказать, что когда я выступал во время, когда ММА были боями без правил,
я дрался с противниками, которые принимали различные препараты. Почти у
всех я выиграл. Даже если моему сопернику повезет, и он будет принимать
ТЗТ, я все равно одержу победу.
— В одном из интервью ты сказал, что хотел бы служить в
армии. Как думаешь, если бы ты выбрал эту стезю, то в каком бы звании
уже пребывал?
— Вау! Мне тяжело сказать… Обычно в армии сурово относятся к тем,
кто получает травмы. Я уверен, что прошел бы учебный лагерь, и
гарантирую, что сделал бы все, чтобы попасть в спецназ. Просто, я такой
человек, который не любит заниматься обычными вещами или выбирает
легчайший путь. Вообще, я не только занимаюсь единоборствами, но и умею
обращаться с ножом и огнестрельным оружием.
Военные крайне отличаются от других людей. Для них не важно,
насколько ты большой и сильный. Главное — насколько ты быстр, какая у
тебя реакция, как ты работаешь в команде. Так что, военная служба была
бы хорошим вызовом.
Если говорить о звании, которое я бы получил сейчас, то, надеюсь, я был бы, как минимум, капитаном.
— Видно, что ты не ровно дышишь ко всему военному.
— Мне по душе все, что связано с войной, битвами, сражениями. К тому
же, военные отдают свои жизни за свою страну, своих соотечественников, и
я считаю это крайне почетным. Плюс, все мальчики любят все связанное с
военной службой, думаю, и в России тоже. Вообще, у вас много крутого
оружия — танки, пулеметы. У вашей армии великая история.
— Кого ты считаешь самым великим бойцом за всю историю?
— Мне кажется, пока еще рано говорить об этом. Стоит подождать еще
лет 10, и когда уже многие из ныне выступающих бойцов завершат карьеру, и
можно будет ответить на этот вопрос. Андерсон Силва, Джордж Сент-Пьер,
Федор Емельяненко — среди тех людей, которых можно было бы выделить.
Вандерлей Силва, пусть сейчас дела у него не очень, но в PRIDE он
много достиг. У Казуши Сакурабы была отличная карьера, но под конец он
проиграл много поединков. Однако он завоевал сердца многих болельщиков.
— Как ты считаешь, Федор мог бы стать чемпионом UFC?
— Конечно. Я считаю, что достаточно хорошо знаю его как бойца и как
человека. Он оступился в последних боях в Strikeforce. Пусть он уже не в
зените славы, и я не знаю, как у него дела с тренировочным лагерем и
мотиваций, но в двух последних боях перед уходом на пенсию он смотрелся
очень хорошо.
— Собираешься ли ты посетить Россию?
— Надеюсь, что этот день придет. Хотя не просто найти время для любой
поездки, но Россия определенно во главе моего списка. Если будет
предложение провести семинар, и не важно, где — в России или Украине, я с
радостью его приму, так как я хочу попутешествовать, посмотреть мир.
— Скучаешь ли ты по общению с Федором, хотел ли ты встретиться с ним?
— Я бы с радостью пообщался с ним и узнал, как он живет сейчас. Я
давно не видел его, но мне кажется, у него все хорошо. Уверен, он
счастлив в семье, и не бросает тренировки.
— Мог бы ты рассказать какую-то историю, связанную с Федором, из тех дней, когда вы оба дрались в PRIDE?
— Было время, когда мы отмечали победы очень крепко, и на следующее
утро чувствовали себя не лучшим образом. Однажды мы встретились в
Канаде. Мой одноклубник и его брат дрались на одном турнире. После
турнира мы пошли поужинать.
Обычно, когда мы ели, все нас угощали любой выпивкой, но мы решили в
тот вечер расслабиться, не налегать на спиртное, и выпить только красное
вино. Однако наши стаканы постоянно наполняли. В общем, нам не удалось
задуманное. Просто, когда хозяин с улыбкой на лице предлагает выпить, ни
я, ни Федор не могли найти сил отказаться. Но вы знаете, Федор —
настоящий танк, настоящий Т-72.
— Как ты воспринял его поражения?
— Если честно, то я был сильно удивлен. Я думал, он выиграет те
поединки. Я понимаю, где он допустил ошибки, но в конце концов, он мой
друг и великий боец. Все это было не просто принять.
— Хотел ли ты провести реванш с Дэниэлом Корье?
— Да, но я хочу провести реванш с любым, кто одерживал надо мной победу. Такой уж я человек.
— В чем причина твоих прохладных отношений с Дэйном Уайтом?
— У нас были проблемы в прошлом, отчасти — оттого, что он любит
поливать людей грязью и не задумывается об этом. Он часто может пройтись
по бойцам, которые дерутся вне UFC, а я не такой человек, который будет
молча терпеть. К тому же, я не лезу за словом в карман.
Однако сейчас у нас нет никакой личной неприязни. Думаю, все уже в
прошлом. Мне кажется, что он зауважал меня, так как я не забирал свои
слова обратно, а наоборот постоял за себя.
— То есть, это из-за твоего вспыльчивого нрава?
— Но и Дэйна такой же. Просто, я никогда ничего не начинаю первым.
— Получается, ситуация отличается от той, в которой был Тито Ортис.
— Нет, у Тито свои тараканы (смеется).
— Давай немного поговорим о твоих физических кондициях. Сколько подтягиваний ты можешь сделать?
— Где 14-15, максимум — может, около 25.
— В каждом бою с твоим телом происходят разные метаморфозы. Не думал ли ты подсушиться?
— Это возможно, но меня больше заботит результат выступления, а не
то, как я выгляжу. Обычно к каждому бою я подбираю подготовку так, чтобы
быть в наилучшей форме, набрать силу. Иногда я набираю вес, иногда я,
наоборот, сушусь. Например, когда я дрался с Сергеем Харитоновым, то
добавил массу, так как он сам весит много. Я знаю, что могу без потери
эффективности весить 122 кг, поэтому в бою мой вес был 120 кг, так что,
когда я занял доминирующую позицию, он не смог меня скинуть.
— Тут будет закономерным вопрос: что ты любишь поесть?
— Барбекю, копченое мясо… Любую еду такого рода. Стейк? Отлично.
Картофельное пюре? Замечательно. Макароны с сыром? Почему бы и нет.
— То есть, ты себя не ограничиваешь.
— Да, я люблю покушать. Конечно, когда я готовлюсь к поединку, я ем
здоровую пищу, но если есть возможность, то готов съесть все, что
угодно.
— Вообще, какой у тебя распорядок дня?
— Обычно утренняя тренировка начинается в 9:45. На ней я занимаюсь
физической подготовкой. Затем, часов через 12, у меня спарринги —
борьба, отработка техники, работа на лапах. В воскресенье я тоже
тренируюсь, но обычно только оттачиваю технику. Питаюсь я где-то шесть
раз в день.
— Как тебе кажется, кто выиграет в третьем поединке Джуниора Дос Сантоса и Кейна Веласкеса?
— Возможно, Веласкес, так как он раскусил Дос Сантоса. Однако
бразилец нокаутировал Марка Ханта, а значит, будет уверен в себе.
Посмотрим, если Веласкес сможет повалить Дос Сантоса, то у того начнутся
проблемы.
— Какой для тебя самый значимый поединок в твоей карьере?
— Думаю, это поединок против Юки Конго, в котором мы сражались за
титул чемпиона Pancrase. Это был прекрасный вечер. Было много моих
друзей из японского про-реслинга. К тому же, мой первый тренер Мэтт Хьюм
дрался за этот титул, но не выиграл его. Через 10 лет уже я сражался за
пояс Pancrase, и завоевал его.
— А как ты расслабляешься и проводишь время между поединками и подготовкой к ним?
— Обычно, если есть время, то я вожусь с моими машинами и принимаю
участие в гонках, хожу на метал-концерты. В последнее время я хожу на
актерские курсы и пытаюсь начать актерскую карьеру. Когда я тренируюсь
перед поединком, то просто расслабляюсь, могу сходить к мануальщику, на
массаж.
Из досуга я играю в компьютерные игры, смотрю фильмы, концерты, читаю
книги, комиксы. В общем, делаю всю то, что не отнимает много сил. Все
же, я стараюсь найти время выбраться из дома, сходить на концерт,
сменить обстановку.
— Поешь ли ты в караоке?
— Бывает и такое. Только обычно тяжело найти песни из репертуара метал-групп.
— Если говорить о топ-10 бойцов. На каком месте ты себя видишь?
— Я считаю, что, определенно, вхожу в топ-5.
— Кто из бойцов тебе импонирует?
— Мне нравится Хаято Сакурай. Он очень зрелищный. Из бойцов UFC я
слежу за Маурисио Руа, Дэном Хендерсоном, также нравится Дэниэл Кормье.
— С кем бы ты хотел встретиться после Фрэнка Мира?
— Я не могу сказать. Нужно подождать и выяснить это. Но я мог бы
встретиться с Вердумом или кем-то, кто также выиграл последний поединок.
В бойцовском бизнесе может случиться все, что угодно. Я не могу драться
с кем захочу. Это не от меня зависит.
— Во время Гран-при Strikeforce у тебя был конфликт с Антонио
Силвой. Хочешь ли ты подраться с ним? Как оцениваешь его уровень,
подготовку?
— Мне тут нечего сказать. Тогда я считал, что, если он хочет драться
со мной, то пусть просто приходит и дерется. Я всегда свободен. Я не
хотел драться с ним в ринге, так как он проявил неуважение ко мне, и я
не хотел помогать ему зарабатывать себе имя и деньги. Я сказал, что мы
будем драться бесплатно на улице.
Сейчас у него какие-то проблемы с Тиаго Силвой, еще какие-то
конфликты. Я о нем никогда ничего не говорил. Мне кажется, он просто
ищет, с кем бы поругаться. Я к нему равнодушен.
— Как насчет поединка с Тоддом Даффи?
— Если честно, я готов драться с кем угодно. Если его предложат мне в
соперники, то я приму этот вызов, но я не знаю, с кем мой путь
пересечется.
— Собираешься ли ты бороться за пояс чемпиона UFC?
— А как же иначе?
— Видел ли поединки нашего соотечественника, чемпиона Bellator в тяжелом весе Александра Волкова?
— Я посмотрел его бои. Он хороший ударник. Однако, так как он из
каратэ, я ожидал от него больше ударов ногами, коленями. Он очень хорошо
навязывает свой ход поединка, использует преимущество в дистанции. Он
сильный боец.
— Как твои родственники относятся к твоей профессии?
— Мои родители, моя сестра, племянники — мои самые преданные болельщики. Я пока не женат, детей у меня нет.
— Как так сложилось, что ты один?
— Как-то так получилось. Мне кажется, я одинокий волк. Возможно, просто со мной тяжело ужиться.
— Ты кажешься разносторонней личностей. В чем, по-твоему, смысл жизни?
— Жизнь дается всем. Ирландцы говорят: “Единственное, что в жизни
определено — это смерть”. Думаю, если бы я знал ответ на этот вопрос, то
не зарабатывал боями. Я бы занимался правильным делом. По-моему, нужно
использовать жизнь и заниматься тем, что вам кажется важным, на что вы
можете повлиять и не тратить время впустую.
Подготовил: Администратор сайта Кирилл Колосов
источник: bloodandsweat.ru
